В этой рубрике собраны мои научные труды, разнообразные публикации, общественные инициативы за последние... упс.. 30 лет...

Когда пойдут в Россию иностранные инвестиции? // Журнал «Вертикаль власти». Ноябрь 2002. С. 30-34

КОГДА ПОЙДУТ В РОССИЮ ИНОСТРАННЫЕ ИНВЕСТИЦИИ?

Олег Румянцев, кандидат юридических наук,  вице-президент компании «Шелл» в России.

В 1990—1993 гг. — народный депутат РФ, ответственный секретарь Конституционной комиссии.

«Власть — корпоративный бизнес»: ось сотрудничества

   В своей статье я не хотел бы заниматься агитацией или рекламой — не те читатели у уважаемого издания «Вертикаль власти». Хочется прямо поставить вопрос — когда же придут в Россию прямые иностранные инвестиции и что для этого надо сделать? Оговорюсь, что мои размышления не являются выражением точки зрения какой-либо компании, работающей в России. Скорее, это размышления человека, с 1986 года причастного к процессам модернизации общественной и государственной системы России, побывавшего по обе стороны водораздела «власть-бизнес» — и в политике, и на государственной службе, и в корпоративном бизнесе.

   Сегодня, когда решены многие базовые вопросы — заложены основы политической системы, крепнет правовая надстройка, определены основные «правила игры» участников бессрочного матча между властью и корпоративным бизнесом (как частью гражданского общества) — на первый план выходит задача совершенствования практики взаимоотношений власти и бизнеса во имя общей задачи модернизации российской экономики и повышения ее конкурентоспособности как основы дальнейшего прогресса.

   Убежден, что крупные иностранные инвесторы могут сыграть в этом процессе весьма положительную роль. Такие компании как «Шелл» приходят в Россию с вековым опытом ведения бизнеса, современными технологиями, крупнейшими капиталами, солидной репутацией. Отсюда задача — не просто наладить диалог с современной властью сегодняшней России, но и сделать так, чтобы в выигрыше от такого сотрудничества оказались все стороны.

   За последние годы многое сделано для дебюрократизации экономики. Однако по-прежнему сохраняет актуальность для обеих сторон — государства и иностранных инвесторов — сотрудничество в деле укрепления инвестиционного климата и улучшения деловой репутации России. Без партнерства и взаимной ответственности эту высокую планку не преодолеть.

Скудный ручеек инвестиций 

   Недавно, на последнем пленарном заседании Консультативного Совета по иностранным инвестициям в России, председательствующий — российский Премьер Михаил Касьянов — сделал жесткое признание: положение дел с привлечением иностранных инвестиций в российскую экономику неважное. Впрочем, ничего удивительного в признании Председателя Правительства нет: он лишь посмотрел в глаза довольно нелицеприятной правде.

   Общеизвестно, что наша страна далеко не лидер в привлечении прямых иностранных инвестиций. Судите сами — за последние 10 лет Россия привлекла всего 23 млрд долларов, тогда как Китай — за тот же период — 350 млрд. В 2001 г. Китай привлек 50 млрд долларов прямых иностранных инвестиций, тогда как РФ — только 3,98 млрд. Разрыв продолжает расти: Россия привлекла за первую половину текущего года лишь 1,8 млрд долларов, а в КНР — за первые 9 месяцев — поступило $40 млрд прямых иностранных инвестиций — на 22,6% больше, чем за тот же период прошлого года, только в сентябре было вложено $5,16 млрд. Абсолютные же показатели прямых иностранных инвестиций в РФ малы и вместо роста они уменьшаются. По данным Центробанка, в 1999 г. страна получила $3,3 млрд прямых инвестиций, в 2000 г. — уже $2,7 млрд, в 2001 г. — $2,5 млрд. Динамика I квартала этого года также отрицательная. Прямые вложения в Россию недотягивают и до 1% ВВП, в то время как страны Центральной и Восточной Европы привлекают от 5% до 10% ВВП, не говоря уже об американском континенте (объемы в 2002 г.: Латинская Америка 62 млрд, США — $44 млрд).

   Так что говорить о «потоке прямых иностранных инвестиций в Россию» неуместно. Самоуспокоенность, порожденная благоприятной конъюнктурой мировых цен на энергоносители, опасна прежде всего тем, что порождает отнюдь не безобидное заблуждение — «у нас и так все хорошо, без всяких там инвесторов».

Анализ причин

   Попробуем разобраться в причинах подобного положения дел.

   С политическими рисками все в порядке, все стабильно и предсказуемо — вплоть до исходов избирательных кампаний на несколько сроков вперед. Наступил предсказуемый для российского политического процесса этап «регулируемой демократии», как противовес слишком бурным событиям 1990-х. Стабильность должна позволить осуществлять важнейшие для корпоративного бизнеса реформы: налоговую, судебную, административную.

   Вместе с тем без четко выраженной политической воли невозможно достичь стабильности правовых, законодательных условий осуществления крупнейших инвестиционных проектов, в которых столь нуждается российская экономика.

Нестабильность и противоречивость законодательства

   Главный объективный аспект проблемы — несовершенство и нестабильность законодательства. Здесь два наглядных случая: первый — история с законодательством о соглашениях о разделе продукции; второй — судьба Каспийского трубопроводного консорциума (КТК).

   Возьмем для иллюстрации историю с соглашениями о разделе продукции (СРП). Понятие СРП было введено в законодательство России еще Верховным Советом РФ моего созыва, в 1993 году. Вспоминаю жесткие споры вокруг этой темы в Верховном Совете и трудную, пусть и половинчатую, победу авторов и инициаторов затеи с СРП. Первый парламент России пошел навстречу в расчете на прорыв в деле привлечения инвестиций. Затем появился прогрессивный закон о СРП 1995 года. Но на дворе конец 2002 года, а ни одно соглашение, заключенное после принятия этого закона, не работает. В Госдуме вот уже год как идет согласование позиций правительства, депутатов и инвесторов вокруг проекта соответствующей главы о режиме СРП Налогового Кодекса; за этой борьбой, по сути, две позиции: поддержать или нет само существование режима СРП как способ привлечения крупных инвестиций. Таким образом, вот уже скоро десять лет, как Россия ходит вокруг да около и не проявляет четкой государственной воли, несмотря на то, что давние идеологические споры о СРП (как о способе «торговли Родиной») ушли в прошлое.

   Увы, некоторые наши отечественные предприниматели, причем передовых взглядов, совершенно неверно трактуют СРП как некий льготный налоговый режим для иностранцев. Абсолютное заблуждение! Все дело в том, что никто не решится вкладывать в Россию десятки миллиардов долларов (суммы, сопоставимые с размером капитализации наших отечественных лидеров) без железных гарантий неизменности экономического режима в течение всего срока проекта (20—30 лет). При этом инвесторы подчас оказываются даже в худших условиях: так, «Сахалинская Энергия», оператор проекта «Сахалин-2», платит налог с прибыли 35% (по ставке, зафиксированной в СРП от 1994 года), тогда как вся Россия уже давно платит всего 25%. Вот вам и «льготы»!

   Но пока длятся споры, продолжается действие ранее заключенных трех крупных соглашений о разделе продукции — Сахалин-1, Сахалин-2, Харьяга. Подписав их, казалось, что Правительство России дало соответствующие гарантии инвесторам. Но и здесь, увы, нет последовательной линии. Обещанное инвестору по соглашениям порой сводится на нет нормами последующего законодательства.

   Необходимость в иностранных инвестициях в нефтегазовую отрасль России в целом, и инвестициях в форме соглашений о разделе продукции, в частности, диктует необходимость внесения изменений в существующее нефтегазовое и антимонопольное законодательство.

   Целый ряд уже принятых законов («О газоснабжении», «О естественных монополиях», «О конкуренции», плюс принятый в первом чтении законопроект «О магистральном трубопроводном транспорте») во многих отношениях пересекаются, создавая запутанную и нестабильную юридическую среду, непривлекательную для российских и иностранных инвесторов. Это делает трудным (если не невозможным) привлечение займов на большие суммы, что необходимо для осуществления нефтегазовых и трубопроводных проектов. Например, закон «О газоснабжении» концентрируется на существующих системах нефте- и газоснабжения, но не вносит ясности в вопрос о том, как его нормы будут применяться к трубопроводам, сооруженным и используемым в соответствии с особым правовым режимом, предоставляемым соглашениями о разделе продукции и Федеральным законом от 30 декабря 1995 г. №225-ФЗ «О соглашениях о разделе продукции» (с изменениями от 7 января 1999 г.).

   В итоге ущемляются права инвесторов, вытекающие из соглашений о разделе продукции, что может отрицательно повлиять на решения будущих инвесторов о вложении крупнейших сумм в наши российские проекты. В результате миллиардные инвестиции окажутся не в России, а в странах более комфортных для международных инвесторов.

   Так вот, самое интересное состоит в следующем: инвесторы вовсе не стремятся получить особые льготы путем принятия поправок в соответствующие законодательные акты (в чем их порой несправедливо упрекают некоторые коллеги из российских нефтяных компаний). Инвесторы на абсолютно законных основаниях желают наконец-mo осуществить права, уже предоставленные им ранее Российской Федерацией в соответствии с условиями СРП, и ничего более.

   Не менее ярок пример с судьбой Каспийского трубопроводного консорциума — совсем недавно представлявшегося крупным совместным успехом в деле международного инвестиционного и энергетического сотрудничества. КТК построил и эксплуатирует экспортную трубопроводную систему, соединившую Тенгизское месторождение в Казахстане с Новороссийском. Казалось бы, можно порадоваться успеху консорциума (в который входят 3 правительства и 8 компаний), перешедшего к практическому управлению своей хозяйственной деятельностью. Не тут то было: Федеральная энергетическая комиссия РФ инициирует процедуру регистрации КТК как естественной монополии — вопреки нормам учредительного договора КТК, подписанного Российской Федерацией (премьером Черномырдиным), и вопреки заявленному высокими лицами стремлению улучшать инвестиционный климат. Вот вам один из ответов на загадку о стратегической привлекательности того или иного государства для инвестиций: если договоренность достигнута и законным образом оформлена (пусть и другим составом Правительства) — она должна выполняться.

«Человеческий фактор»

   Совсем запутанная картина с предсказуемостью действий чиновничьего аппарата. Можно докладывать об улучшении инвестиционного климата и дебюрократизации экономики, вводить принцип «одного окна» для работы с инвестором, но если при этом не контролировать, чтобы это «одно окно» оставалось открытым и «чистым» для внимательной и конструктивной работы с инвестором, то инвестиционный климат на деле не изменится к лучшему ни на йоту.

   Отсутствие контроля внешнего, дополняемое ослаблением внутреннего самоконтроля, выдвинули проблему чиновничьего произвола в число главных препон на пути иностранных инвестиций. Инвесторы ворчат об этом лишь между собой, не решаясь ставить проблему в открытую. Да и как им решиться, если (увы, увы, увы) сохраняется атмосфера терпимости к искушениям чиновников пойти на не вполне прозрачные способы работы. (Как тут не вспомнить 1992 год и решение Верховного Совета создать комиссию по проверке фактов коррупции; однако, после того как в 1992 г. «рассыпали» знаменитые «чемоданы Руцкого», материалов которых хватало на 39 дел о мздоимстве, наступила тишина. На память не приходит ни одна крепкая антикоррупционная компания в нашем государстве — только благие пожелания «административной реформы»).

   В итоге очень непросто донести положительный настрой высшего звена руководства России до последнего уровня исполнителей, не дав этому настрою «расплескаться» по пути.

   В качестве примера торможения приведу непростую судьбу первого и крупнейшего в России инвестиционного проекта «Сахалин-2». Бюрократическими проволочками и бездействием одного из ведомств утверждение бюджета освоения было задержано на целый год. На год (!) «тормознули» приток в Россию $9 млрд инвестиций — любой экономист легко может посчитать упущённую выгоду от непоступивших платежей в бюджеты различного уровня. Еще один штрих из той же «копилки»: чиновники того же ведомства на заявку крупнейшего потенциального инвестора о вступлении в Консультативный Совет по иностранным инвестициям, с целью работать на Россию, ее имидж и ее инвестиционный климат, содействовать улучшению положения в этой сфере, ответили абсурдными, заведомо невыполнимыми условиями о вступлении (в нарушение утвержденного Правительством положения о ротации Совета), словно наглядно показывая, где искать факторы, ухудшающие неоднозначный инвестиционный климат. Что же удивляться слабому притоку реальных инвестиций, если на пути постоянно воздвигаются все новые преграды?

Иностранный инвестор как «передовик» российской экономики 

   Привлечение прямых иностранных инвестиций, а с ними и новой производственной и управленческой культуры, требует известной решительности и риска. Иностранному инвестору нужно быть в полном смысле слова «передовиком» на всех стадиях реализации инвестиционного проекта.

   Здесь хотелось бы сказать несколько слов о работе в России «Ройял Датч/Шелл» — крупнейшего международного энергетического концерна, имеющего высокую репутацию во всем мире и признанный опыт работы в сфере инвестиций. Более века (!) «Шелл» прочно связан с российской экономикой, не теряя веры в успех этого партнерства. Еще в 1917 году совокупный капитал предприятий «Шелл» в России превышал 100 млн долларов.

«Шелл» в России

   На сегодняшний день в России активно работают шесть компаний концерна в различных сферах деятельности и различных регионах — в области разведки, добычи и транспортировки нефти и газа, а также в области маркетинга продуктов нефтепеработки и нефтехимии (моторные и индустриальные масла), строительства и эксплуатации сети АЭС.

   Выделяются 4 основные проекта:

   •разработка Лунского и Пильтун-Астохского месторождений на шельфе о-ва Сахалин в рамках проекта «Сахалин-2» на условиях СРП (55% акций компании «Сахалинская Энергия»); «Шелл» стал первым иностранным инвестором, добывающим нефть в России в режиме СРП: в 2001 году добыто свыше 15 млн баррелей нефти; объем общих осуществленных инвестиций свыше $2 млрд; в августе с.г. наконец-то утвержден бюджет реализации следующего этапа проекта в размере 8,9 млрд долларов;

   •разработка Салымских нефтяных месторождений (Ханты-Мансийский АО),

   • Заполярное нефтегазоконденсатное месторождение (Ямало-Ненецкий АО; объем планируемых инвестиций — свыше $1 млрд (без инфраструктуры);

   •участие в Каспийском трубопроводном консорциуме (совместно с НК «Роснефть»); объем осуществленных инвестиций «Шелл» $400 млн;

   •рассматриваются также другие потенциальные энергетические и транспортные проекты.

   Концерн является партнером российских компаний по целому ряду крупных проектов. В настоящее время создан стратегический альянс с ОАО «Газпром». Подписан меморандум о взаимопонимании с РАО ЕЭС, предусматривающий определение проектов для совместной реализации в России и за рубежом.

   «Шелл» уже стал одним из крупнейших прямых инвесторов в российскую экономику, вложив почти 2 миллиарда долларов и планируя будущие инвестиции в размере более чем 10 миллиардов долларов в течение нескольких лет. Только на Сахалине планируется создание 13 000 рабочих мест.

   «Шелл» в России следует общей политике концерна, оказывая посильную помощь в решении актуальных социальных проблем. Развивая сотрудничество с Российской Академией Наук, «Шелл» за последние годы реализовал более 10 совместных научно-исследовательских проектов с институтами, входящими в систему РАН. В образовательной сфере «Шелл» сотрудничает с Российским отделением Международной ассоциации студентов, изучающих экономику и управление (AIESEC), выплачивает стипендии лучшим студентам и преподавателям сахалинских вузов, участвует в программе обучения российских студентов в университетах Великобритании. Среди социальных программ — помощь детям-сиротам Тымовского района Сахалина, поддержка слабовидящих детей и Московского автомобильного клуба инвалидов. В экологической сфере «Шелл» поддерживает международный фестиваль «Экология и дети: XXI век», а также принимает участие в исследовании экологии озера Байкал.

   В последнее время «Шелл» активно развивает сотрудничество с органами государственной власти Российской Федерации и во имя общей задачи улучшения инвестиционного климата и образа России как привлекательного рынка с большими перспективами для иностранных инвесторов. Весной 2002 г. «Шелл» направил заявление с просьбой принять компанию в постоянные члены Консультативного Совета по иностранным инвестициям в России при Председателе Правительства РФ с намерением активно участвовать в работе КСИИ.

   Нефть и газ — это, действительно, «самый большой бизнес». А в России это ещё и основной источник бюджетных поступлений, крупнейшая статья экспорта, вектор роста экономики. Вот почему с руководством крупных международных нефтяных компаний находят время встретиться и Президент В. Путин, и Председатель Правительства М. Касьянов... Мы исходим из того, что инвестору пора стать видимым и слышимым фактором практической экономической политики — в полном соответствии с заявленным руководством страны приглашением к партнерству.

   У инвестора ясная задача: обеспечить благоприятные условия для ведения бизнеса в России, гарантировать защиту своих деловых интересов в столь своеобразной среде как нефтегазовая отрасль. «Шелл» определил целью — стать одним из лидеров российского энергетического сектора. Поэтому компании подобного рода — мировые корпоративные лидеры — стремятся быть услышанными и правильно понятыми на самом высшем уровне вертикали власти. Крупные проекты не должны буксовать по причине бездействия или недопонимания российской стороны.

Подводя итог

   Подводя черту, вновь задамся вопросом, вынесенным в заголовок: когда же придут в Россию иностранные инвестиции?

   Ответ прост: когда в общей системе отношений власти и бизнеса 1) укоренится внимательное отношение к тем, кто рискнул вложить в Россию свои средства, знания и репутацию и 2) станет нормой обеспечение стабильных позитивных условий осуществления инвестиционного проекта. У инвесторов, по сути, одно пожелание: прямой диалог, прозрачность и предсказуемость государственного регулирования, выполнение взятых на себя обязательств, стабильность условий реализации инвестиционных проектов.

   Мы гордимся тем, что рука об руку с нашими партнерами решаем эту масштабную задачу.

 

Комментарии:
Быстрый доступ