В этой рубрике собраны мои научные труды, разнообразные публикации, общественные инициативы за последние... упс.. 30 лет...

Венок для властолюбца. Борис Ельцин и судьба реформы в России. 1994

Олег Румянцев

ВЕНОК ДЛЯ ВЛАСТОЛЮБЦА /Борис Ельцин и судьба реформы в России/

1.

Летом 1991 года Россия избирала первого Президента РСФСР. Поездив по регионам с агитками, я решил написать для "Российской газеты" статью об особенностях Ельцина и его по­литики.

Через 10 дней уже столица США готовилась к первому офи­циальному приему популярного российского кандидата. В ка­честве депутата Российского парламента я оказался в Вашинг­тоне и увидел крайне противоречивое отношение к визитеру. Многим памятен еще был скандальный предыдущий визит, ставший известным нам по нашумевшей тогда статье в итальянской газе­те "Реппублика". Желая успеха того "саммита", я сделал уже английский вариант той же статьи, озаглавив ее "Кто такой Борис Ельцин?" и поместив в "Вашингтон Пост".

Обе статьи были построены на желаемом образе российского лидера и отражали наши ожидания, связанные с фигурой нового лидера. Эти надежды оказались опрокинутыми по всем пунктам.

И вот спустя 3 года Россия живет в преддверии первой "годовщины" сентябрьско/октябрьского-93 государственного переворота. И Америка также ждет нашего "героя" (визит запланирован на 26-27 сентября). Встреча в верхах будет проходить в дни первой годовщины И я чувствую себя обязанным вновь предложить отечественному и зарубежному читателю точку зрения о Ельцине и его "демократическом" режиме - не воображаемых, а реальных.

Начавшаяся в 1987 году российская реформа сменила несколько названий: "Перестройка", "Радикальная экономическая реформа", "Поэтапная конституционная реформа" и т.д. Но блеск словесной мишуры не может заслонить печальных результатов. Вместо конституционного строя мы видим полную карикатуру на демократию, разгром Российского государства, унизительное падение морали и культуры гражданского общества, утрату черт нашей цивилизации.

Надо быть совершенно бессовестным, чтобы не видеть все­дозволенность и распущенность бесконтрольной Административ­но-Номенклатурно-Мафиозной Системы, цинизм которой не знает примеров в русской истории. И я согласен с известным право­защитником В.Максимовым, заметившим с горечью, что нынешняя Россия - это "жульническая пирамида надгробия для целой страны"...

Над всеми причинами довлеет одна: мрачная роковая фигура Бориса Ельцина. Особенности его характера сыграли губительную роль в судьбе России 1990-1994 годов. Осознание сего словно снежная лавина сходит на наше общество, все увереннее замещая тоску и шок, вызванные событиями ельцинского переворота сентября-октября 1993 года. Медленно начинается горькое похмелье после очередного опьянения верой в очередного Вождя-Спасителя.

2.

В 1989-1990 гг. Ельцин был выдвинут радикал-демок­ратами России на роль общенационального лидера по нескольким причинам. Привлекали не только облик бунтовщика из коммунис­тического истэблишмента, но и надежда, что он сможет спло­тить реформаторов-коммунистов и неформалов-демократов, про­будив воображение широких масс для участия в назревших пре­образованиях. Он явно отличался видимостью решительности от

Горбачева (сдержанный реформизм которого тогда не восприни­мался) . И полная революционного нетерпения молодая российс­кая демократия сделала ставку на Ельцина.

Наше непростое сотрудничество в деле выработки новой Конституции для России продолжалось до декабря 1992 года.

В марте 1990 годапрошлипервыевполне свободные выборы. Да, аппарат КПСС оказывал противодействие, но оно не шло ни в какоесравнение сраспущенностью администраций и подчиненных им избирательныхкомиссийнареферендумахо доверии Ельцину в апреле-93и по Конституции в декабре-93.

Новый режим превзошел своего предшественника по всем статьям - однако, нам навязывают мнение о якобы "первых демократических выборах" декабря 1993 года!..

После выборов мы проводили собрание народных депутатов РСФСР от "Демократической России". Когда я сходил с трибуны, Ельцин вдруг встал с первого ряда и - огромная неуклюжая фигура нависла надо мною. "Так Вы всерьез полагаете... о Конституционной комиссии?" - спросил он в своем стиле, медленно подбирая слова. Я подтвердил: да, нужна масштабная государственная реформа и новый российский парламент мог бы выступить ее инициатором - я готов предложить концепцию этой реформы; союзная Конституционная комиссия практически ничего не предлагает, она даже не созывается, значит инициативу надо брать на себя нам.

Затея показалась ему очень интересной. И вскоре первый Съезд в июне 1990 года создал Конституционную комиссию, председателем которой стал Ельцин, его заместителем - Хасбулатов, а Ответственным секретарем - автор этих строк.

Дальнейшее развивалось как в остром детективе. К концу лета 1990 г. была готова концепция Конституции, к концу сентября - сам проект, а в октябре он был опубликован невиданным тиражом в 36 млн экземпляров. "Проект сверкнул как молния" - признавали оппоненты-коммунисты. Все было готово к его вынесению на второй Съезд для его обсуждения в декабре 1990 года и назначению референдума по основным принципам новой Конституции. Однако, неожиданно Ельцин единолично принял решение не делать этого.

Благодаря стараниям придворных, ревниво наблюдавших за тем, чтобы монополия "доступа к телу и уху" Ельцина никем не была нарушена, меня даже временно отстранили от непосредственного руководства Рабочей группой. Наступательный порыв был потерян и - как оказалось позже - навсегда. Вместо комплексного и целостного решения началось внедрение в законодательство и жизнь отдельных разрозненных нововведений, входивших в неизбежное противоречие с государственной практикой и правовой нормой.

Фундамент последующего беспредела был заложен в 1991 году. Сперва в лихом стиле было введено президентство в России. При подготовке Закона о Президенте РСФСР под личным нажимом Ельцина был закреплен вариант сильной президентской власти. Но это был лишь первый шаг в череде действий по закреплению диктаторских полномочий для Вождя.

Летом того же года шла борьба под ковром с Горбачевым и лидерами союзных республик относительно формулы "9+1", сох­ранявшей обновленный Союз и дававшей зеленый свет государс­твенной реформе в России. Ельцин, участвуя в этих перегово­рах, увидел, что они не сулят ему Олимпа монопольной власти. И, после августовского путча-фарса, он не стал продолжать переговоры по вопросу о судьбе Союза.

Тогда была эйфория "победы" российской демократии. Именно она впервые отрезвила меня и 28 августа я выступил в первый и последний раз на союзном Верховном Совете с предостережением от грядущего распада Союза и торжества национализма ивседозволенности.Странная"победа" демократов и российской властив августе1991 года по сей

день оставляет горькийпривкус.Побежденнымоказалсяне политический противник,нережимКПСС,несоюзное руководство и Горбачев, астрана, вкотороймывыросли, получили образование, стали гражданами.

После "победы" Ельцин не прошел испытания "медными трубами". Вокруг него возникла стена придворного подобострастия, отчуждавшая его от реалий жизни и столь типичная в развитии авторитарных режимов. Попасть к нему становилось все труднее и труднее. Он перестал участвовать в работе Конституционной комиссии, на долгие недели вообще выбывая из активной политики.

Впрочем, очнувшись, он озаботился-таки усилением своих и без того мощных прерогатив. И - в ноябре 1991 года вырвал у деморализованного "победой" демократии Съезда указное право для себя - право править страной не по Конституции и законам, а по президентским указам. Тем самым, была добита правовая система государства. Политика алчного коррумпированного чиновничества была выведена из под контроля закона и народных представителей всех уровней.

Время с августа по декабрь 1991 года стало временем развала Союзного государства. Где был в это время лидер России - на страже ее национальных государственных и общественных интересов? Вовсе нет. Ельцин не замедлил воспользоваться своими новыми полномочиями, превысив все допустимые правовые нормы в сговоре по развалу СССР.

Шесть человек, охваченных манией величия и зудом "социального дизайна" соорудили заговор в Беловежской пуще: Ельцин и Бурбулис из (а не "от", как написано в тех документах) России, Кравчук и Фокин из Украины, Шушкевич и Кебич из Белоруссии. 8 декабря 1991 года они подписали декларацию и сообщили миру, что "как субъект международного права и геополитическая реальность СССР перестает существовать". Бурбулис в упоении сболтнул, что идея была доведена до окончательной редакции лишь в Минске...

Пятеро из "героев" воодушевленной работы в Беловежской Пуще уже сметены с политической арены, очередь - за шестым, последним из них. Возможно, что восстановление союзного го­сударства произойдет столь же внезапно, сколь спонтанным бы­ло его упразднение. Идея воссоединения остается одной из немногих, способных найти отклик в душах людей, протестующих своей апатией и пассивностью против происходящего. Союзная идея способна противостоять племенной розни, войнам и спо­рам, помогая народу вновь осознать единую многонациональную историческую, территориальную и социокультурную общность.

3.

В 1992 году все ярче стали проявляться незнакомые дотоле отталкивающие черты "Большого Брата": недостаточное воображение и слабоволие, импульсивность, а также неумение разобраться в придворных интригах, которые густо украшают все время его правления.

На первых порах он не только изрекал мысли сам, справ­ляясь с косноязычием, но и умел слушать, причем не только лесть, но и критику, мнения и советы, работать в команде. Позже все было замещено стремлением упиваться каждой капель­кой личной власти. Основным принципом подбора окружения ста­ли знаки личной преданности, лесть, умение не перечить и поддакивать. Люди, умеющие высказать острую правду в лицо, выдавливались из окружения.

Критерии профессионализма в кадровой политике в целом были заменены критерием лояльности к вождю. (Это усиливается ныне: вАдминистрациисозданат.н."кадроваякомиссия", которая принедавнемрассмотрениикандидатоввсудьи "независимого" Конституционного Суда РФ заблокировала после соответствующего допроса всех нелояльных кандидатов).

Ельцин не сумел воспользоваться доверием народа и стать общенациональным, а не узко-групповым лидером. Вместо трудной работы по поиску компромисса и согласия, он избрал метод шумной атаки, постоянной борьбы,кулака, по принципу "кто не с нами - тот против нас". Против же - как показали даже манипулируемые выборы декабря-93 - было большинство населения.

Все более туманным, непросматривающимся и неподконт­рольным становился механизм принятия высших решений. Гла­венствовл принцип - кто последний сумеет войти в кабинет Вождя и поймать решающий момент. Такие решающие моменты нас­тупали во все более неожиданных обстоятельствах...

А ведь именно это вменялось в вину прежнему коммунистическому руководству! Но тогда,Но тогда руководители были "посажены" в работавшую схему Генсек-малое Политбюро-большое Политбюро-ЦК, которая не позволяла творить полный произвол. Генсек был вынужден играть по правилам коллективной партийной демократии - хотя и своеобразно понимавшейся. Были и некоторые моральные рамки. Здесь же - при "демократии" - все чаще стала проявляться вельможная спесь, видимо - следствие невысокой личной культуры. По свидетельству одного очевидца, как-то на охоте он бросил в озеро шапку и по-ухарски воскликнул - Ну, кто достанет шапку царя?

Не вериться? Поначалу во все это не верилось и мне - несмотря на множество историй, в которые вляпывался наш ге­рой. Да, верили слепой некритичной верой - и получили по заслугам за нее. Но недавно уже миллионы телезрителей видели шоу отлета в Берлин на празднование бесславного и позорного по темпам и условиям вывода (бегства) российских войск из Германии и поведение там (с дирижированием оркестром, пляс­ками и пением). И многим наконец-то стало стыдно, что ЭТО - наш Президент, фактически бесконтрольно управляющий страной. Похожее чувство мы ощущали лет десять назад, глядя на Бреж­нева и позже - на Черненко. Вернулись туда же.

4.

После того, как Союз был разрушен, а Горбачев - главный "враг" - низведен на роль фигуры прошлого, Ельцину и его окружению нужен был новый внутренний враг. И он был с успехом найден и разгромлен дважды.

Сначала - в образе народнохозяйственного комплекса быв­шего Союза и РСФСР. С этим "врагом", плановым, государствен­ным, социалистическим повело битву "правительство реформ" во главе со партфункционером Ельциным и публицистом Гайдаром. Главным итогом битвы стал разгром государственного сектора экономики и связанного с ним промышленного и научного потен­циала страны. Да, выросло предпринимательство "новых русс­ких", но - за счет махинаций, обмана, коррупции, криминаль­ного вывоза сырья, разграбления национального достояния. А главное - за счет судеб других сегментов гражданского об­щества - культуры, образования, массового спорта, воспитания и других, которые оказались потоплены. "Новая Россия" пожи­рает ежедневно наше будущее, наши интеллектуальные и природ­ные ресурсы. Люди теряют культурные и духовные ценности, на первый план выходят ценности чистогана, наживы, обмана госу­дарства, культ силы и насилия в обществе.

Этому и пытался противостоять российский парламент в 1992-1993 годах. Он и стал следующим злейшим врагом для

Ельцина, который декабре 1992 и марте 1993 года предпринял две попытки незаконно разогнать Парламент; в апреле 1993 года "победил" его на сомнительном референдуме; в сентябре 1993 года совершил государственный переворот.

Хочу развенчатьмифоякобынепроходимой консервативности т.н."красно-rоричневого" депутатского корпуса. Он представлял собою сумму взглядов общества, в котором взгляды радикал-демократов составляют неизбежное меньшинство. Но это меньшинство всерьез вознамерилось стать правящим. Оно не просто захватило власть силой, но поставило на колени большинство, навязав свои правила силой под прикрытием слов о конституционной реформе, хотя вместо нее налицо был наглый разрыв с правом.

Ельцин сам постояннопровоцировалконфликт несоблюдением общеобязательных правил. И Съезд проявил мягкость: в марте 1993 года не сумел отрешить его от должности через процедуру импичмента. Увы, я был один из тех "центристов", кто призывал не делать этого - в надежде на достижение компромисса с взалкавшими властолюбцами.

Напомню, что Cъезд организовал разработку и обсуждение проекта новой Конституции, но он вовсе не собирался узурпировать ее принятие. В начале 1993 г мы были готовы к референдуму по основным принципам проекта новой Конституции. Однако, в феврале-марте 1993 года эта идея была провалена, прежде всего - усилиями Ельцина.

Хорошо помню, как на заседании Конституционной комиссии 7 февраля 1993 года при обсуждении подготовленного нашей Рабочей группой текста "Основ конституционного строя" (утвержденных 29 января 1993 года даже на "консервативном" Президиуме Верховного Совета РФ!), Ельцин заявил, что эти тезисы и так ясны каждому ребенку, а значит и референдум по ним, мол, не нужен. Вместо объединяющей идеи Ельцин предложил короткие, но раскалывающие общество вопросы - какую ветвь власти граждане "любят" больше? Средства массовой информации довели до страны нужный ему ответ: "да, да, нет, да". Назначенные и никем не контролируемые избирательные комиссии обеспечили подсчет голосов. Пиррова победа над представительной демократией состоялась.

Именно тогда состоялся мой окончательный разрыв с Ельциным и его Кремлевским окружением.

Вольная апологетика результатов референдума 25 апреля 1994 года обернулась трагедией. Оставшиеся недолгие месяцы своего существования Российский парламент оказался на обочи­не конституционного процесса. Вскоре появился "президент­ский" проект Конституции и созвано Конституционное совещание

- вовсе не из стремления получить более добротный текст, (последний существенно уступал парламентскому проекту, ранее прославлявшемуся Ельциным). Был взят курс на переворот и его легализацию в карманной "ельцинской" Конституции. Зазвучали военные термины: "летняя артподготовка", "сентябрьское нас­тупление". Крайне отрицательную роль сыграли про-кремлевские средства массовой информации. Они сеяли чувство вражды и не­нависти к оппонентам зарвавшегося меньшинства, зерна граж­данской войны и социальной розни в обществе. Законный парла­мент и его сторонники смогли получить всего один час в день на телевидении только в июле 1993 года. Вела его неповтори­мая Нина Бердникова, облик которой славно контрастировал с искаженными злобой ликами теле-обслуги кремлевского произво­ла. "Этот парламентский час - как глоток свежего воздуха в море лжи", - так говорили мне россияне во всех городах, ко­торые я посещал летом-93 в борьбе за справедливую Конститу­цию.

Нами былипредпринятымерыпосогласованиюдвух проектов Конституции. Президенту и руководителю Парламента было отправлено мое официальное открытое письмо. Положительно ответил только Р.И.Хасбулатов. В начале сентября уже весь Верховный Совет согласился с предложенным в данном письме сценарием компромисса, нацеленным на срыв обещанного Ельциным "сентябрьского наступления". 10 сентября 1993 года была сформирована полномочная парламентская деле­гация из 8 человек. ВС РФ предложил Президенту начать пере­говоры по выработке согласованных мер в области конституци­онной реформы. Был заготовлен пакет возможных решений с вы­ходом на одновременные свободные выборы - во имя мирного разрешения конфликта.

Но президентская сторона не захотела использовать мирный путь, все было готово к жестокому варианту. Отпущенное "реформаторами" время истекло.

5.

Если наши потомки не станут поголовными "сникерсами" и "ваучерами", уверенными в том, что учиться и работать не надо, а надо лишь стригущими движениями обирать купоны, они будут вспоминать имя Ельцина с отвращением. Наш народ не должен простить ему жестокой расправы с мировоззрением большинства,страха гражданской бойни.

21 сентября 1993 неконституционным указом Ельцина были распущены Съезд народных депутатов и Верховный Совет, а Конституционному Суду было предписано приостановить свою деятельность. 4 октября непослушный парламент был расстрелян и его здание взято в жестоком одностороннем бою. Тогда же была задушена власть Советов в регионах, давно уже, к слову сказать, реформированных.

И все же, Кремль просчитался в последствиях. Упразднение народного представительства в России всегда вело к беспорядкам. Разгон Государственной Думы в начале XX века стал прологом "Великой Октябрьской Социалистической Революции" 1917 года. Разгон Учредительного Собрания в 1918- ом вел к сталинскому произволу конца 1930-х. Разгон союзного Съезда в 1991-ом повлек кровавые межнациональные войны в бывшем СССР. За прекращением полномочий российского депутатского корпуса последовало не просто новое прерывание легитимного процесса. Была заложена почти неизбежная возможность достаточно жесткого реванша. Ведь даже из уст правозащитников типа В.Максимова мы слышим мнение: большинство политических и уголовных негодяев, в руках которых оказалась сегодня страна, ждет скамья уголовных подсудимых. Понимал ли режим, на что он обрекает страну? Или перевесил инстинкт рвача, живущего текущим моментом?

Из четырех опор конституционного строя, на защиту кото­рых встал Ельцин (демократия, разделение властей, федера­лизм, республиканская форма правления) подорвана каждая. Большинство сдерживавших главу государства институтов и ме­ханизмов либо упразднено, либо выхолощено и превращено в ширму для авторитаризма. Его победа закрепила тенденцию ус­тановления режима личной власти Вождя и узкой кучки сатра­пов.

Мы многое пережили в дни защиты Конституции и нашего понимания справедливости в России. Мне, одному из авторов проекта Конституции и народному депутату России довелось сделать сознательный выбор между материальным достатком, обещанным за "лояльность" режиму Кремля и - моральной чистотой вкупе с обреченной защитой правовых принципов, над которыми я работал все эти годы. Не колеблясь, я выбрал последнее. Иные же коллеги-демократы прытью бежали из Парламента, сознательно ослабляя его представительную базу и предавая своихизбирателей.ПереманилКремль,пообещав теплые номенклатурные места ураспределительныхрычажков. Как вам спится ныне, друзья?

Я же считал своим долгом оставаться в Доме Советов во имя недопущения огромной несправедливости. В жесткой полемике на десятом (внеочередном) Съезде 24 сентября 1994 года удалось добиться поддержки постановления об одновременных досрочных выборах депутатов и Президента при условии восстановления конституционной законности в стране.

В конце сентября я вышел из стен Парламента и провел серию трудных переговоров (с премьером Черномырдиным, вице­премьером Шахраем, секретарем Совета Безопасности Лобовым, руководителями регионов, членами Конституционного Суда, руководством Русской Православной Церкви, М.С.Горбачевым и другими деятелями). На основе этих переговоров был подготовлен проект закона по выходу из кризиса. Он должен был вносится на Съезд народных депутатов, утверждаться с одновременной отменой Указа Президента N 1400 и последующими приложениями, дополнениями, а также отменой части решений Съезда и выводить на весенние-94 одновременные выборы Президента и Парламента.

В этом состояла парламентская мирная инициатива. И это не сказки: я принес этот законопроект 3-го октября в Парламент. Но спровоцированные жестокой рукой кровавые события не позволили осуществить задуманное. Говорят, что Ельцин находился в критические часы в маловменяемом состоянии. Но к тому времени уже были созданы его личная армия и его личная служба безопасности. К тому времени были прикормлены элитные армейские части, начавшие служить не Конституции и народу, а Кремлю. К тому времени возникла и армия мафиози и рэкетиров из сектора "нового бизнеса". Именно эти "армии" и пошли на гражданскую бойню против народа и его представителей.

Большинство из защитниковконституционнойзаконности 21.09-4.10.93 опирались на естественное правооказывать сопротивление силовому захвату власти. Многие - в их числе и я - сознательно выбралисопротивление, желая искупить свои ошибки последнихлет.Ведьмынапрямуюучаствовалив создании этого чудовищного режима.

То, что мы прошли, забыть нельзя: после выхода из Пар­ламента меня несколько раз избили, затем поставили к стенке и выстрелили поверх головы. Тех, кому удалось уйти от пьяных военных, продолжали преследовать боевики в кожаных куртках. Джин ненависти, взлелеянный Ельциным и "демократами", был выпущен на волю и начал сметать все на своем пути. Это было чудовищно.

"Новая Россия" победителей стала строить свою жизнь с нуля, отбросив в сторону все, что было сделано за 1989-1993 годы. Характерна такая деталь. Ценнейшие архивы Конституци­онной комиссии полностью спасти не удалось - мне просто не давали пропуска в здание обгоревшего Парламента. Но то, что сохранилось было свезено в Архив Октябрьской Революции, а не в новый Парламент. Жизнь начата с чистого листа...

Сказалась дурная преемственность с большевистской традицией радикального слома государственного механизма. Революционный зуд в итоге логично привел к теоретическому и правовому обоснованию гос ударственного переворота и принятию фиктивной "пропавшей грамоты" - ельцинской Конституции. Roma locuta, causa finita (Рим высказался, вопрос решен), говорили древние; но у нас за эту конституцию высказался далеко не весь "третий Рим", даже не половина и даже не треть избирателей России!

Потом долгие месяцы былшок и депрессия.Невозможно видеть то, что стало с нашей страной. Как говорить о свободной России, где на пути к "торжеству конституционного строя" стояли три попытки государственного переворота, использование лозунга Конституции для легализации силового захвата власти насильственного устранения существующего строя и его органов, гражданская война в Москве, расстрел Верховного Совета РФ, гибель людей, массовые нарушения прав человека.

Такова "победа" демократии и Ельцина, столь радостно и лицемерно поддержанная либералами и в России, и на Западе.

6.

Сегодня я могу сказать о главном уроке последних лет: недопустимо в наших условиях уповать на одну личность, на Непогрешимого Руководителя, снимая во имя "революционной целесообразности" один за другим тормоза и механизмы контроля за ним.

Благодаря правлениюЕльцинаулетучилсямираж демократии, показавшийся в 1989-1991годах. Всегозадвагода произошлополноевосстановлениеавторитарной Административной системы. А ведь именно борьбой с этой началась перестройка при Горбачеве. Круг замкнулся.

Ныне весь Кремль и прилегающий к нему центральный квар­тал Китай-города в Москве занимает не Политбюро и аппарат ЦК КПСС, а всемогущая Администрация Президента, не имеющая конституционно очерченных властных полномочий. Но в отличие от прежних времен, даже для Правительства здесь места не нашлось. Оно не стало расстраиваться и заняло не остывшее еще от боев, хотя и отреставрированное после расстрела зда­ние Дома Советов РФ - или "Белый Дом". Ненасытная Админист­ративная система живет по одному закону: "Обогащайтесь, ло­яльные!".

Похожее происходит и в регионах, которые отданы на откуп местным властным номенклатурам. Общее и для федерального, и для регионального уровня одно: отсутствие какого-то бы ни было контроля за действиями Номенклатуры. Федеральный парламент и местные советы - практически безвластны: менее 10 процентов получила на выборах 1993 года партия Ельцина-Гайдара, но режим по прежнему правит монопольно.

Не лучше дело и с правоохранительными органами. Консти­туционного суда до сих пор нет. Остальные суды - висят на ниточке финансовой зависимости от режима. Прокуратура нахо­дится в зависимости от исполнительной власти. Госдума было не утвердила прокурором человека Кремля - беспринципного Ильюшенко - но он давно уже выполняет функции "исполняющего обязанности" Генерального прокурора России. А о возможной роли карманной прокуратуры свидетельствует такой факт: ушед­ший в знак протеста в отставку прокурор Казанник признал, что из Администрации Кремля получил невероятное задание: провести быстрые процессы по событиям 3-4 октября и вынести защитникам Конституции и Парламента смертные приговоры. Он отказался делать это. Откажется ли другой?

Рано илипозднопредстоитрешитьвопросо восстановлении легитимности правовогоивластного пространства в России и - воззможно - в Союзе государств. Не должно быть иллюзией и суть авторитарного договора, названного "Договором об общественном согласии", введенного администрацией Ельцина весной 1994 г. Он предлагает "диалог, поиск точек соприкосновения и общих позиций". Вместе с тем, договор: а)приглашаеткпризнаниюсовершенного21.09- 4.10.93, клегитимацииразрешенияконституционногои социального спорачерезнасилие,несодержитвсебе признания ошибочности неконституционныхдеяний,вызвавших вооруженное гражданскоепротивостояние;б)заставляет принять каксамособоюразумеющеесяавторитарную форму правления, введенную осенью 1993года и закрепленную через Конституцию; в) ограничивает права людей труда в их оправданной борьбе за попираемые социально-экономические права; г) ущемляет принцип народовластия, вводя мораторий на политические кампании, связанные с проведением досрочных выборов федеральных органов власти; д) не содержит в себе никаких гарантий прав меньшинства, несогласного и с документом, и с курсом правителей; е) не содержит в себе механизмов и сроков восстановления нормальной жизни общества и государства.

Не случайно, реальная оппозиция не подписала этот документ, хотя об этом предпочитают не говорить.

Будущее наше сегодня неясно и тревожно. Режим вряд ли уступит власть мирным демократическим путем. Выборы проводить сложно, так как считать их результаты будут подконтрольные режиму избирательные комиссии.

Но другая проблема - неверие избирателей. В нынешней России сможет победить та партия и те лидеры, которые не только смогут пробудить воображение народа, его веру во власть, но и будут в состоянии не убить это воображение, не подорвать эту веру.

7.

Весьма характерно, чтоприЕльцинеоказался окончательно подорваннымобразРоссийскогогосударства. Попраны национальные государственные интересы России, оставлены без подержки 25 миллионов соотечественников за пределами РФ - в ближнем зарубежье. Россия стала посмешищем длязарубежным политиков объектом презрения со стороны западных обывателей, видящих в нас всего лишь криминальное и неува жающее само себя общество. Россия не стала органичной частью мировой цивилизации - прежде всего потому, что не сумела при Ельцине укрепить собственную культуру и собственную цивилизацию, которыми можно было бы гордиться. Новая Россия не показывет себя равным партнером в новом мировом политическом раскладе, ибо она скатилась на роль криминальной третьестепенной обочины, где нет перспективы, а есть лишь подачки, заимствование и попугайничанье.

Пишу эти строки, рискуя, ибо режим злобен и мстителен. Думающие люди должны понять, что поощрение произвола и са­мовластия в России ведет ко все большему угасаниюнадеждына взаимное понимание и доверие народа и власти, равно как и России и Запада..

Это доверие возможно лишь между достойными друг друга и своей роли в стране и мире партнерами, но никак не между лицемерным хозяином-патерналистом и его вороватым, не уважающим самого себя лакеем.

Таковы некоторые выводы из нашего великого отрезвления. В России есть политики, сделавшие уроки из опыта "реформ" 1989-1994 годов.

Москва, сентябрь 1994.

автор - ответственный секретарь Конституционной комиссии РФ (1990-1993); консультант Комитета Государственной Думы РФ по законодательству; Президент Российского фонд конституционных реформ.

Комментарии:
Быстрый доступ