Леонтий Бызов. Новая фаза политического кризиса или поворот к стабилизации?

Леонтий БЫЗОВ

НОВАЯ ФАЗА ПОЛИТИЧЕСКОГО КРИЗИСА

ИЛИ ПОВОРОТ К СТАБИЛИЗАЦИИ?

(о современном состоянии политического спектра)

Перемены, произошедшие в политической жизни России осенью и зимой 1993-1994 гг., судя по всему, не разрешили кардинально ни одной из проблем, приведших страну к столь острому кризису. Сохраняется чрезвычайно противоречивая ситуация частично с участием политиков "дооктябрьского" периода, частично - новых "выдвиженцев" последней зимы. Одновременно не утихали и общие чувства тревожности, нестабильности, ожидание новых потрясений - т.е. все то же, что уже было в прошлом году. Ясно одно: с физическим устранениеморганизованной политической оппозиции в октябре, установление прочного авторитарного режима не удалось, режим представляется рыхлым, недееспособным, поскольку прежние противоречия переместились внутрь правящей элиты, продолжается политическое безвременье. Выборы 12 декабря также воспринимаются как промежуточный этап нового предстоящего передела власти. Внимание политических сил сосредоточено в гораздо большей степени на перспективе президентских выборов, чем на судьбе нынешнего парламента. Однако и эти перспективы кажутся крайне туманными. "Принятая" наспех Конституция вряд ли переживет (политически) своего инициатора. А значит "новую" ситуацию нельзя рассматривать в отрыве от "старой": политический кризис, посеянный в августе 1991 года перед окончательным изживанием, вступил в свою очередную фазу.

Можно достаточно уверенно утверждать, что ведущей тенденцией последних лет является спад активности общества, революционаристских симптомов и регенерация властных элит "доперестроечного" образца. Все активные политические силы практически потеряли поддержку со стороны общества еще в 1992 г. С другой стороны, население, занятое по преимуществу проблемами элементарного выживания, организации разрушаемого образа жизни, смирилось с предложенной ему ролью аутсайдера. В этой связи референдум в апреле и декабрьские выборы можно охарактеризовать известным социологам термином "артефакт", т.е. некой искусственной реалией, которая не возникла бы сама по себе без референдумов и выборов. Мнимая поддержка Ельцина в апреле реально означала неверие граждан в какие-либо альтернативные политические силы, приход которых грозил новыми революционными потрясениями. Столь же мнимая поддержка Жириновского в декабре, чрезвычайно непрочна (как показывают результаты некоторых исследований, выросшая за 5-7 дней до выборов с 6-7% до 23% и уже в январе вновь упавшая до 10%). И октябрьское поражение российского парламента, который проиграл именно потому, что оказался чрезмерно революционным: победа его лидеров, опершихся на радикальные силы, призвавших народ на улицы, была бы опасной уже консолидировавшимся региональным и отраслевым элитам, для которых в этой ситуации даже "революционный" Гайдар показался меньшим злом. А потом и он был "изжит" властными элитами, как чужеродный элемент.

Фактически вновь избранная Государственная Дума, в которой оказались сосредоточены так называемые "политические силы" (по данным социологов, не более 1% взрослого населения имеет какое-либо отношение к одной политической партии или движению), сразу оказались на обочине основных процессов, происходящих в России. Она стала прибежищем маргиналов от Гайдара до Бабурина, либо оттесненных от реальной власти, либо так до нее и не добравшихся. Некоторое исключение составляет лишь фракция "ПРЕС" С.Шахрая, внешне поддерживаемая правительством, а также фракция "Новая региональная политика", состоящая из достаточно влиятельных отраслевых и региональных лидеров, и в этом качестве более близкая к Совету Федерации, чем к другим фракциям Государственной Думы. В этом смысле Дума, как и первый российский парламент 1990 г., представляет собой ярко выраженную контр-элиту и, соответственно, несет в себе революционный заряд, независимо от знака этого заряда. А как мы говорили выше, 1994 год - не 1990-й, и все, что характеризуется повышенной революционной активностью быстро маргинализуется. И относительно лояльное поведение Госдумы в первые месяцы ее работы будет наверняка взорвано по мере приближения президентских выборов.

С другой стороны, в значительной мере в столь же маргинальном положении оказался и Президент со своей Администрацией. Причины этого лежат уже в достаточно давней истории начала 90-х годов, когда Президенту так и не удалось после его избрания и развала СССР провести в России подлинный "бонапартистский" переворот. Несмотря на подстрекательство радикалов в своем лагере, стремившихся организовать вертикальный контроль над всей кадровой политикой, включающей хозяйственных руководителей на местах (так, например, активно пропагандировалась идея "люстрации" - запрета на профессии для политически неблагонадежных граждан), последовательная организация такого кадрового контроля оказалась невозможной. Фактически дело закончилось компромиссом, при котором формально назначенные Президентом главы администрации интегрированы в местную элиту и зависят от нее по крайней мере не меньше, чем от Президента. Компромисс на практике достигался с помощью размена тех назначенных лидеров, которые совершенно не устраивали ни одну из сторон. Президент был вынужден отзывать некоторых своих назначенцев, поддерживаемых "Демократической Россией", но вызывающих отторжение в местных элитах (В.Дьяконов из Краснодара и др.). С другой стороны, ему удавалось нейтрализовать избранных региональных лидеров, откровенно антипрезидентской направленности (Ю.Лодкин из Брянска и др.). Однако в этом направлении возможностей для маневра у Президента становилось все меньше. Неудача "бонапартистской" революции (а по-русски - президентской опричнины), являющейся основной идеей августовской революции 1991 г., предопределила дальнейшее сползание политического режима от президентской республики к боярскому варианту монархии. Администрация Президента на глазах стала вырождаться в императорский двор, а сама боярская Дума институционализировалась частично в рамках Совета Федерации (региональная элита), частично в рамках правительства (отраслевая элита). Институциональные же возможности Президента принимать решения в обход боярской Думы оказались слабо прописаны даже в новой суперпрезидентской Конституции, а соответствующие демарши скорее ведут к ослаблению президентских позиций.

Таким образом, перед нынешним Президентом стоит сложная дилемма: либо организовать фактическую трансформацию режима в монархию, завершив реально происходящие процессы, либо в очередной раз попытаться спровоцировать крупномасштабный политический кризис, который прервет позиционный ход борьбы и, возможно, обеспечит тактическое преимущество Президента на какой-то период. И здесь Президент со своей Администрацией и Государственная Дума, представляющие хотя и с разных сторон те же изживаемые революционные тенденции, могут оказаться хорошими политическими партнерами, способными "напару" сыграть в обострение. Однако это обострение, если и пройдет, вероятнее всего, лишь даст дополнительные очки антипрезидентской оппозиции (достаточно, правда, умеренной), составляющей ныне абсолютное большинство в Госдуме.

Остановимся чуть более подробно на перспективах политических сил, полностью или частично представленных в Государственной Думе. Поражение в декабре "Выбора России", о котором столь много написано, безусловно, явилось следствием осознанного или неосознанного расхождения их стратегии со стратегией Президента Ельцина. Можно говорить о том, что в октябре Е.Гайдару не удалось сформировать на базе "Выбора России" так называемую "партию власти", но фактически они к этому, судя по всему, не стремились. Представленный ими тогда же партийный список, насыщенный крайне одиозными даже в демократической среде именами, сразу дистанцировал этот избирательный блок от реальной власти - и это в ситуации, когда после октябрьских событий режиму не оставалось ничего, как опереться на достаточно консервативные административные и силовые структуры. Ведь штурм Парламента был "проглочен" и общественным мнением, и властью в регионах лишь в качестве победы "партии порядка" над "партией беспорядка", а после опубликования списка "Выбора России" именно этот блок стал символизировать "партию беспорядка и нестабильности". Hесмотря на большую предвыборную активность и огромные финансовые средства, как отмечалось несколькими близкими к "Выбору России" экспертами, у актива блока наблюдалось настроение обреченности и внутреннего разложения. Огромных масштабов достигла коррупция - фактически разворовывание избирательной кампании. А после поражения крайне обострились противоречия внутри "Дем.лагеря", в котором образовались по крайней мере три направления:

1) собственно "Выбор России" (Е.Гайдар) - партия достаточно узкого круга компрадорской криминальной буржуазии, кругов, ориентированных на вывоз ресурсов и свертывание производственной инфраструктуры в России, торгового капитала и все еще поддерживающего его космополитически ориентированного населения Москвы и других крупных мегаполисов, приобретшего черты специфического субэтноса;

2) старая "Дем.Россия", представляющая так называемую "Дем.шизу", в значительной степени составившая митинговую массу 1990-1991 гг. и, как они считают, приведшая к власти нынешний режим и ничего от него не получившая. "Дем.Россия" все более враждебно относится к планам гайдаровского партийного строительства, обвиняя последнего в попытках привлечь на свою сторону перекрасившуюся номенклатуру, в то время как Е.Гайдар, наоборот, весьма чурается маргинальной "Дем.шизы";

3) собственно президентская партия, попытки создания которой на базе кремлевской Администрации отмечались в Поволжских регионах. Hа наш взгляд, создание партии власти на основе президентской команды уже нереально, учитывая переток этой реальной власти в направлении правительства и региональных элит. Однако этот проект скорее всего имеет задачу притормозить консолидацию местных администраций вокруг правительства, заставить их соблюсти хотя бы внешнюю лояльность.

Первые два проекта, как мы считаем, имеют и некоторые перспективы. Так, Е.Гайдар может опереться не столько на комплекс идей либерального реформирования экономики, сколько стать лидером Московского субэтноса, ориентированного на его культурные и религиозные идеалы, а "пономаревская" "Дем.Россия" будет, вероятно, все более "леветь" и превращаться в партию социального протеста.

Выборы 12 декабря, как многим казалось, если не "поставили крест", то нанесли сокрушительный удар по российскому центризму. Однако это поражение носило несколько искусственный характер, скорее связанное с навязанными обществу правилами выбора. Так, выборы в Совет Федерации, происходившие по более традиционным правилам, как раз привели к власти центристов. Крайне бледное выступление "Гражданского Союза" на выборах объяснялось личной непопулярностью А.Вольского и неэффективной пропагандистской кампанией, а также тем, что "Гражданский Союз" не смог продемонстрировать нового современного политического стиля, представ пред избирателями вторым эшелоном брежневской номенклатуры - чего сумели избежать даже собственно коммунисты, собравшие тем не менее весь свой традиционный электорат, что является, по-видимому, их потолком. И здесь понятно соображение масового избирателя: в условиях противостояния "коммунисты-демократы" он видел несостоятельность как брежневских коммунистов, так и ельцинских демократов и тянулся к чему-то новому.

В качестве этого нового вначале пытался выступить Г.Явлинский, однако вяло проведенная его избирательная кампания, а также слабость и рыхлость подобранного им блока, не дали ему возможности стать искомой "третьей силой". И буквально за неделю до выборов избиратель нашел эту "третью силу" в лице В.Жириновского. То есть его успех можно отнести за счет победы центристской линии. Однако будущее В.Жириновского кажется весьма туманным из-за отсутствия в его окружении качественного человеческого материала, способного эффективно играть роль "третьей силы". Анализ деятельности фракции ЛДПР в Государственной Думе показывает, что она адекватна умеренной части коммунистов, "травкинцев", аграриев. Там нет ни одного яркого современно мыслящего националиста кроме В.Жириновского.

И вообще, лидеры парламентских фракций, рассматривающих Госдуму как трамплин для президентских гонок, кажется, сильно просчитались. Здесь сказывается традиционная для России непопулярность парламентских форм политической деятельности и слабая социальная поддержка их партий и фракций. Hаверняка, теперешняя Дума станет "братской могилой" президентских амбиций Г.Явлинского, С.Шахрая, С.Бабурина, В.Жириновского, H.Травкина. И поэтому наблюдается все большая активность формирования политических новообразований вне Госдумы. Hаиболее вероятными кандидатами на пост Президента остаются такие лидеры как А.Руцкой, В.Черномырдин, Ю.Лужков, Ю.Скоков, В.Громов и другие. Вокруг них активно создаются политические коалиции верхушечного типа, формируются команды, открываются кредитные линии. Так, при участии Ю.Лужкова и В.Черномырдина создаются партии-фантомы типа "партии большинства" и "партии реконструкции". Активизировалось "Земское движение" с его лидерами Е.Паниной и H.Михалковым, имеющим также далеко идущие амбиции. Пока согласно данным некоторых опросов, среди возможных кандидатов на пост Президента продолжает лидировать Б.Ельцин с 16-17%, в первую пятерку входят А.Руцкой, В.Черномырдин, Ю.Скоков. И все же наиболее вероятным представляется сценарий, когда президентских выборов, по крайней мере всенародных, не будет. Скорее всего будут произведены необходимые изменения в Конституции, которые легитимизируют один из следующих вариантов:

- фактический переход к парламентской республике (в варианте "боярской Думы") с выбором Президента на Совете Федерации, либо на совместном заседании палат Федерального Собрания, что окончательно закрепит тенденцию к генерации брежневской системы управления государством;

- восстановление монархии через созыв Земского Собора, этот вариант также активно прорабатывается в кругах, включая окружение Б.Ельцина и В.Черномырдина;

- совершение переворота с устранением от власти Б.Ельцина, временным приходом к власти военных, которых будет прикрывать какая-либо сильная "хозяйственная" фигура типа Ю.Лужкова.

В любом случае, несмотря на имеющиеся необратимые тенденции к стабилизации, нынешнее состояние остается весьма неравновесным, и легитимного выхода из него в рамках ельцинской Конституции не существует. А это значит, что уже в 1994-1995 гг. нас ждет еще один цикл острых политических потрясений.

Комментарии:
Быстрый доступ