К парламентским слушаниям в Государственной Думе (14 марта 2011 г.) о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане.

Справка «О влиянии ратификации российско-норвежского соглашения о разграничения морских пространств в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане на перспективы освоения российского арктического шельфа»

10 февраля президент РФ Дмитрий Медведев внес в Государственную думу пакет документов на ратификацию Договора «О разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане», заключенного между Россией и Норвегией.

Стороны подписали соглашение 15 сентября 2010 г. Норвегия ратифицировала договор 8 февраля 2011 г.

Договор заключен на 15 лет с возможностью дальнейшего продления на шестилетние периоды. С момента ратификации будет прекращен мораторий на разведку и разработку нефтегазовых месторождений континентального арктического шельфа, находящихся на территории т.н. «серой зоны» площадью 175 тыс. кв. км.

Российские специалисты в сфере геологоразведки расходятся в оценке последствий раздела «серой зоны» для освоения российского сектора шельфа арктических морей.

Анатолий Виноградов, главный ученый секретарь Кольского научного центра РАН, утверждает, что основным мотивом заключения соглашения стала необходимость для России завершить урегулирование споров по разделу смежных морских пространств с США и Норвегией, без чего РФ не может рассчитывать на удовлетворение своей заявки в ООН на присоединение к национальной экономической зоне 1,2 млн кв. км океанического дна в центральной части Северного Ледовитого океана.

Однако для получения такой возможности, которая, если и будет реализована, то принесет России выгоды только в весьма долгосрочной перспективе, МИД РФ, по мнению Виноградова, пошел на слишком большие уступки, согласившись на раздел «серой зоны» по компромиссной линии.

К норвежцам отошла значительная часть территории, на которой в 80-е годы мурманские геофизики выявили геологические структуры с потенциальными ресурсами газа в объеме 5,8 трлн куб. м. В случае, если на этих структурах геологам удастся открыть крупные месторождения углеводородов, даже при совместном освоении этих запасов компаниями двух стран, готовность Норвегии участвовать в российских морских проектах значительно ослабеет.

Это негативно скажется, прежде всего, на судьбе Штокмановского месторождения, так как норвежские компании предпочтут разрабатывать более близкие к побережью месторождения в «серой зоне». Вся береговая инфраструктура останется на норвежском побережье, так как там она уже имеется. Рабочие места также будут создаваться в Норвегии.

Как считает Виноградов, «с „Газпромом“ они как-то еще поделятся, а вот мурманчанам придется только сетовать на крах надежд, связываемых с газпромовскими „девелоперами“ типа „Штокман Девелопмент АГ“. Неизбежно сократятся грузопотоки через Мурманский транспортный узел. Такова ожидаемая „плата“ западных областей за ускоренное развязывание „спорного“ узла, препятствующего признанию прав России на приполюсные участки дна Северного Ледовитого океана в восточном секторе Арктической зоны России».

Василий Богоявленский, заведующий лабораторией комплексного геолого-геофизического изучения и освоения нефтегазовых ресурсов континентального шельфа Института проблем нефти и газа РАН, считает достаточно высокими шансы обнаружения месторождений в «серой зоне». По его словам, работы, проведенные в 80-е гг. прошлого столетия, свидетельствуют «о возможности обнаружения крупных месторождений углеводородов в пределах западного борта Южно-Баренцевской впадины».

По словам генерального директора ОАО «Севморнефтегеофизика» Константина Долгунова, последние геофизические работы в бывшей «серой зоне» проводились в 1982 году, с техникой и по методикам того времени. Тем не менее, основные структурные и тектонические элементы оконтурены, крупный свод Федынского имеет хорошие перспективы по карбонатам (нижняя пермь — карбон), но регионально нефтегазоносный юрский комплекс на своде претерпел значительный размыв.

К последнему мнению склоняется и профессор Института геологии при Университете Осло Ян Инге Фалейде, которого в Норвегии считают одним из крупнейших специалистов по геологии Баренцева моря. «Мы уверены в том, что в юго-западной части Баренцева моря были хорошие нефтяные и газовые залежи пять-десять миллионов лет тому назад, — говорит Фалейде. — Вопрос в том, сколько в этом районе осталось месторождений, если они вообще там остались».

Тем не менее, следует отметить, что 11 марта с.г., не дожидаясь ратификации соглашения в российском парламенте, правящая в Норвегии трехпартийная коалиция сообщила о своем решении разрешить проведение оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС) в норвежской части спорной территории. В то же время, она отложила исследование на шельфе Лофотенских островов, на чем настаивали норвежские нефтяные компании.

Проведение ОВОС является первым этапом в геологическом исследовании территории. Различные источники в Норвегии называют различные сроки, которые могут потребоваться нефтяникам для проведения геологоразведки и начала добычи в «серой зоне»: от 10 до 15 лет. Однако учитывая, что у норвежских компаний нет новых перспективных месторождений, можно предположить, что они приложат все силы для ускорения периода разведки.

Основные выводы:

  • На территории «серой зоны», поделенной между Норвегией и Россией, по свидетельству российских ученых, имеются хорошие перспективы открытия крупных месторождений углеводородов.
  • Если такие месторождения будут открыты в ближайшие годы, а инвестиционное решение по освоению Штокмановского месторождения вновь отложат, российский проект может быть заморожен на длительный срок.
  • Замораживание Штокмановского проекта негативно отразится на экономике северных регионов и создании базы для освоения российского шельфа.
  • Даже в случае совместного освоения российскими и норвежскими компаниями месторождений «серой зоны», значительная часть инфраструктуры и рабочих мест останется в Норвегии.
  • Норвегия уже предприняла меры к скорейшему развертыванию работ по изучению своей части «серой зоны» и, скорее всего, будет форсировать введение их в эксплуатацию.
Комментарии:
Быстрый доступ